Все о трудовом праве

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Разделы:
Последние новости:

28.12.2021

Целью законопроекта является ликвидация внутренних противоречий, в Трудовом кодексе РФ, выявившихся в его правоприменительной практике, защита трудовых прав работников, а также содействие росту эффективности труда.

подробнее
25.12.2021

Законопроектом предлагается, путем внесения изменений в Закон о занятости, унифицировать подход к признанию занятыми граждан, обучающихся по очно-заочной форме обучениями, обеспечив единообразное толкование и практику применения законодательства о занятости.

подробнее
23.12.2021

Целью законопроекта является установить дополнительную возможность направления заявления гражданами РФ и гражданами государств-членов ЕАЭС о постановке на учет в налоговом органе в качестве плательщика налога на профессиональный доход с использованием федеральной государственной информационной системы "Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)"

подробнее
Все статьи > Трудовые отношения > Особенности регулирования труда отдельных категорий работников > Законодательные инициативы, связанные с дистанционным трудом: временный ажиотаж на фоне пандемии или устойчивая тенденция? (Лютов Н.Л.)

Законодательные инициативы, связанные с дистанционным трудом: временный ажиотаж на фоне пандемии или устойчивая тенденция? (Лютов Н.Л.)

Дата размещения статьи: 01.02.2021

Законодательные инициативы, связанные с дистанционным трудом: временный ажиотаж на фоне пандемии или устойчивая тенденция? (Лютов Н.Л.)

Введение. В условиях ограничительных мер, принятых в связи с распространением коронавируса, дистанционный труд переживает период обостренного внимания со стороны власти и социальных партнеров. Эта форма трудовых отношений была закреплена в Трудовом кодексе РФ еще в 2013 г., но именно сейчас обсуждаются несколько проектов серьезной переработки гл. 49.1 ТК РФ, в которой говорится о дистанционном труде. В настоящее время на рассмотрении Государственной Думы находятся три законопроекта, предусматривающие доработку норм о дистанционном труде. Обсуждаются нормы, касающиеся и иных "новых" форм труда - труда через онлайн-платформы, агентства временной занятости и др.
Возникает вопрос: ажиотажный интерес к дистанционному труду и другим "новым" формам занятости - это временное явление, связанное с вынужденной адаптацией к эпидемии, либо причины внимания к ним носят более глубокий характер и "переживут" карантинные ограничения?
Еще один вопрос, требующий ответа: насколько инициативы по изменению законодательства о дистанционном труде решают те проблемы правоприменения, которые выявлены с момента принятия гл. 49.1 ТК РФ?
Общая ситуация до принятия новых норм о дистанционном труде. Дистанционный труд, или телеработа, - быстрорастущая форма занятости во всем мире <1>, и Россия не является исключением из этой общей тенденции.
--------------------------------
<1> См.: Telework in the 21st Century: An Evolutionary Perspective / ed. by J.C. Messenger. Geneva, 2019. 352 p.

При этом через шесть лет после введения в Трудовой кодекс РФ главы, посвященной дистанционному труду, по состоянию на 2019 г., по данным Росстата <2>, из 67,1 млн занятых в стране лишь 30 тыс. человек работали по "дистанционным" трудовым договорам, т.е. на одного дистанционного работника приходилось более 2 200 "стационарных" работников. Приведенные цифры демонстрируют, что нормы, закрепленные в гл. 49.1 ТК РФ, используются сторонами фактически существующих дистанционных трудовых отношений крайне редко. Для сравнения: в США в 2017 - 2018 гг. каждый четвертый работник выполнял хотя бы часть своей работы на дому, а в 2019 г. 13% работников выполняли работу дома весь день не менее одного раза в две недели, 3,6% работников выполняли работу полностью вне месторасположения работодателя не менее половины своих рабочих дней <3>.
--------------------------------
<2> См.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат). Итоги выборочного обследования рабочей силы. Обследование рабочей силы 2019. URL: https://gks.ru/storage/mediabank/ors-2019-all.rar.
<3> Данные приведены по: Pabilonia S.W., Vernon V. Telework and Time Use in the United States. Preprint. May 2020. DOI: 10.13140/RG.2.2.25722.11204.

В условиях ограничительных мер по противодействию коронавирусной инфекции переход к дистанционным формам труда в России приобрел массовый характер. Работодатели, деятельность которых не была приостановлена в результате введения непредусмотренных трудовым законодательством "нерабочих дней" на основании весенних президентских Указов 2020 г. <4>, в тех случаях, когда это было возможно, массово перешли на удаленный режим работы, что подразумевало выполнение работниками их обычных трудовых функций на дому.
--------------------------------
<4> См.: Указы Президента РФ от 25 марта 2020 г. N 206 "Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней", от 2 апреля 2020 г. N 239 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", от 28 апреля 2020 г. N 294 "О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)".

Федеральная служба по труду и занятости (Роструд) разъяснила, что перевод работников на удаленную работу предполагает заключение с ними дополнительных соглашений к трудовому договору, включающих условие о том, что такая работа считается дистанционным трудом <5>. При этом необходимо понимать, что такое разъяснение носит достаточно спорный с правовой точки зрения характер. По действующему законодательству трудовые договоры о дистанционном труде или о "стационарном" труде - это различные виды трудовых договоров, а возможность внесения изменений в трудовой договор, при котором меняется вид договора, - предмет дискуссий между специалистами <6>. Однако, несмотря на неоднозначность ситуации с правовой точки зрения, на время ограничений, связанных с коронавирусной инфекцией, отрасли экономики перешли на дистанционную форму деятельности <7>, причем трудовые договоры на основе норм гл. 49.1 ТК РФ в этих случаях практически не заключались.
--------------------------------
<5> См. п. 21 письма Роструда от 9 апреля 2020 г. N 0147-03-5 "О направлении ответов на наиболее часто поступающие вопросы на горячую линию Роструда, касающиеся соблюдения трудовых прав работников в условиях распространения коронавирусной инфекции".
<6> См. об этом: Коршунова Т.Ю. Договор о дистанционной работе как способ оформления нетипичных трудовых отношений // Журнал российского права. 2020. N 2. С. 118 - 120.
<7> См. об этом: Черных Н.В. Трудовое законодательство России vs коронавирус: кто победит? // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 5. С. 155 - 156.

Инициативы, связанные с дистанционным трудом (обзор и оценка). На рассмотрении Государственной Думы одновременно находятся внесенные в июне 2020 г. три законопроекта, касающиеся дистанционного труда. В начале июня был внесен законопроект Мосгордумы, предусматривающий изменение ст. 57 "Содержание трудового договора" ТК РФ таким образом, чтобы предусмотреть возможность "временного или частичного выполнения работы в дистанционной форме" <8>. 4 июня 2020 г. П.В. Крашенинников и еще несколько депутатов Государственной Думы заново внесли ранее внесенный проект, касающийся электронного обмена сообщениями и заключения трудовых договоров с дистанционными работниками <9>.
--------------------------------
<8> Законопроект N 966659-7 от 2 июня 2020 г. "О внесении изменений в статью 57 Трудового кодекса Российской Федерации" внесен Московской городской думой // Государственная Дума ФС РФ. Система обеспечения законодательной деятельности. URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/966659-7.
<9> Законопроект N 967986-7 от 4 июня 2020 г. "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации (о юридически значимых сообщениях сторон трудового договора)" внесен депутатами П.В. Крашенинниковым, А.К. Исаевым, Я.Е. Ниловым и Д.В. Бессарабовым // Государственная Дума ФС РФ. Система обеспечения законодательной деятельности. URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/967986-7.

Параллельно с этими законопроектами были озвучены инициативы Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) <10> и Общероссийского народного фронта (ОНФ) <11> относительно совмещенных форм дистанционного и стационарного труда. Аналогичные инициативы были озвучены и Министром труда и социальной защиты РФ <12>.
--------------------------------
<10> См.: Рыженкова Ю. Профсоюзы предлагают ввести рекомендации по организации труда в условиях пандемии // Солидарность. 2020. 20 марта. URL: https://www.solidarnost.org/news/profsoyuzy-predlagayut-vvesti-rekomendatsii-po-organizacii-truda-v-usloviyah-pandemii.html.
<11> См.: Эксперты ОНФ предложили закрепить в Трудовом кодексе право совмещать работу в офисе и дистанционно // Сайт Общероссийского народного фронта. 2020. 19 марта. URL: https://onf.ru/2020/03/19/eksperty-onf-predlozhili-zakrepit-v-trudovom-kodekse-pravo-sovmeshchat-rabotu-v-ofise-i/.
<12> См.: Замахина Т. Минтруд предложил закрепить удаленную и комбинированную занятость в ТК // Российская газета. 2020. 27 мая. URL: https://rg.ru/2020/05/27/mintrud-predlozhil-zakrepit-udalennuiu-i-kombinirovannuiu-zaniatost-v-tk.html.

Еще до этих инициатив началось публичное обсуждение концепции доработки норм о дистанционном труде, подготовленной Московским государственным юридическим университетом им. О.Е. Кутафина (МГЮА) для думской фракции партии "Единая Россия". Концепция рассматривалась в мае - июне 2020 г. в режиме онлайн-совещаний под руководством руководителя партии Д.А. Медведева. Затем технические аспекты были обсуждены с представителями профсоюзов, объединений работодателей, Минтрудсоцзащиты России, профильного комитета Государственной Думы и экспертами. По результатам обсуждений 16 июня 2020 г. для первого чтения был представлен законопроект, официально вносимый председателями двух палат Федерального Собрания и рядом депутатов Государственной Думы и членов Совета Федерации <13>.
--------------------------------
<13> Законопроект N 973264-7 от 16 июня 2020 г. "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части регулирования дистанционной и удаленной работы" внесен депутатами ГД В.В. Володиным, С.И. Неверовым, А.К. Исаевым, М.В. Тарасенко, членами Совета Федерации В.И. Матвиенко, А.А. Турчаком, А.А. Клишасом, И.Ю. Святенко // Государственная Дума ФС РФ. Система обеспечения законодательной деятельности. URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/973264-7.

Данный законопроект имеет наиболее комплексный характер и ожидается, что осенью 2020 г. в него будут интегрированы наработки двух других внесенных законопроектов, касающихся дистанционного труда. Далее рассматриваются его важнейшие нововведения.
Дифференциация дистанционного труда. Прежде всего в законопроекте предусматриваются три вида дистанционного труда:
а) дистанционная (удаленная) работа - это дистанционный труд, который уже предусмотрен нормами действующей гл. 49.1 ТК РФ;
б) временная дистанционная (удаленная) работа - режим работы, предусматривающий временное выполнение трудовой функции работника, работающего на основании обычного трудового договора, вне стационарного рабочего места, находящегося под контролем работодателя. Необходимость внесения этого понятия вызвана нынешней ситуацией, обусловленной введением защитных мер от распространения эпидемии, когда обычные, не занятые в дистанционном режиме работники в силу вводимых ограничений стали массово переводиться на удаленный режим работы <14>, не предусмотренный действующим законодательством и их трудовыми договорами;
в) комбинированная дистанционная (удаленная) работа - режим работы, при котором часть трудовой функции выполняется на стационарном рабочем месте, а часть - дистанционно. Большинство дистанционных работников и сейчас работают таким образом, что в определенных ситуациях им приходится появляться или выполнять часть работы в помещении работодателя. И наоборот, есть немало классических "стационарных" работников, выполняющих часть работы дистанционно, например педагогические работники, проверяющие письменные работы учеников и студентов, как правило, дома или в иных местах вне нахождения их работодателей. По действующему законодательству обе эти категории работников находятся вне полноценного правового поля.
--------------------------------
<14> Об удаленном режиме работы, не предусмотренном действующим трудовым законодательством, упоминается в письмах Роструда от 31 марта 2020 г. N 990-ТЗ, от 9 апреля 2020 г. N 0147-03-5, касающихся работы в режиме также не предусмотренных трудовым законодательством "нерабочих дней".

Электронное взаимодействие между работником и работодателем. Еще одна важная новация проекта - упрощение электронного взаимодействия между сторонами трудового договора о дистанционном труде. В настоящее время в качестве альтернативы традиционному "бумажному" оформлению трудовых отношений в Трудовом кодексе РФ для дистанционных работников предусмотрена возможность обмена электронными документами, скрепленными усиленной квалифицированной цифровой подписью (УКЦП) (ч. 4 ст. 312.1 ТК РФ). Возможность использования УКЦП подразумевает <15> необходимость совершения специальных действий и расходов со стороны подписанта.
--------------------------------
<15> Вопрос регулируется Федеральным законом от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи".

В связи с этим на практике получается, что, если у работника не зарегистрирована УКЦП для каких-то иных целей, ему проще подъехать к работодателю и подписать документ на бумажном носителе. Соответственно, нормы об упрощенном электронном взаимодействии между работниками и работодателями не срабатывают. Между тем судебная практика начала обгонять законодательное регулирование в этом вопросе. В некоторых делах электронная переписка рассматривается как доказательство существования трудового правоотношения <16>. Более того, в отношении микропредприятий Пленум Верховного Суда РФ прямо указал на электронную переписку как доказательство существования трудовых отношений <17>. Тем не менее в настоящее время суды не склонны отдавать приоритет фактическим, а не формальным обстоятельствам дела.
--------------------------------
<16> См., например, решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 6 июля 2016 г. по делу N 2-4775/2016.
<17> См. п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".

В связи с этим в законопроекте предполагается отказаться от обязательного использования УКЦП. Работнику и работодателю предлагается самостоятельно определиться с порядком оформления обмена юридически значимыми сообщениями.
Право работника быть офлайн. Еще более важная часть законопроекта - внесение норм, регламентирующих коммуникацию работодателя и дистанционного работника вне рамок обычного рабочего времени. Эти нормы представляют собой адаптацию так называемого права работника быть офлайн, предусмотренного во Франции и некоторых других экономически и социально развитых странах <18>.
--------------------------------
<18> См. об этом: Timellini C. Disconnection: A Right in a Phase of Progressive Definition // New Forms of Employment: Current Problems and Future Challenges / ed. by J. Wratny, A. Ludera-Ruszel. Wiesbaden, 2020. P. 119 - 136.

Внедрение новых форм труда, в частности более широкое распространение дистанционного труда и других форм занятости, в которых работники и работодатели активно пользуются электронными способами взаимодействия, ставит вопрос о том, что традиционное разграничение между рабочим и личным временем работника становится значительно более размытым. Если типичный работник индустриальной эпохи в большинстве случаев мог себе позволить, уходя с работы, "оставить в офисе" все проблемы, связанные с трудом, и переключить свое внимание на семью и досуг, то в современном обществе типичный офисный работник все чаще "приносит домой" все рабочие проблемы, продолжая (иногда в любое время суток) отвечать на звонки и письма по работе.
Это приводит к тому, что человек полноценно не восстанавливает свои силы, не воспринимает дом и время отдыха как свободное от работы место и время. Вследствие этого проблема эмоционального выгорания и стресса на рабочем месте становится как никогда ранее острой. В 2016 г. во Всемирный день охраны труда МОТ издала программный доклад, посвященный проблеме стресса на рабочем месте, который уже стал восприниматься как фундаментальная угроза здоровью работников <19>.
--------------------------------
<19> См.: МОТ. Стресс на рабочем месте: коллективный вызов. Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии. М., 2016.

В экономически развитых странах проблема разграничения рабочего времени и ограничения права работодателя беспокоить работника по рабочим вопросам после окончания рабочего дня уже вылилась в принятие нового законодательства. Наиболее яркий пример в данном отношении - Франция, где в 2012 г. было заключено социально-партнерское соглашение, предусматривающее право дистанционных работников минимум на один день в неделю, представляющий собой выходной от коммуникаций с работодателем, а с начала 2017 г. вступили в силу поправки в Кодекс труда, предусматривающие обязанность работодателей с количеством работников 50 и более человек устанавливать правила взаимодействия с работниками после окончания их основного рабочего времени <20>. Некоторые крупные работодатели, например автомобильный концерн "Фольксваген", приняли решение об отключении почтовых серверов в нерабочее время, в результате чего руководители и коллеги в принципе лишаются возможности беспокоить работников во время отдыха <21>. В настоящее время "право быть офлайн", или "право на отключение", - развивающаяся концепция в наиболее социально развитых странах ЕС.
--------------------------------
<20> См.: French workers win legal right to avoid checking work email out-of-hours // The Guardian. 31 December 2016. URL: https://www.theguardian.com/money/2016/dec/31/french-workers-win-legal-right-to-avoid-checking-work-email-out-of-hours.
<21> См.: Migliorato L. Culturing Boundaries: The Right to be Offline // The Tecnoskeptic. 22 March. 2017. URL: https://thetechnoskeptic.com/culturing-boundaries/.

Законопроект по данному поводу не предполагает полного запрета беспокоить работников вне их обычного рабочего времени. Однако он предусматривает регламентацию порядка взаимодействия между дистанционным работником и работодателем, основываясь на том, что если работник необходим работодателю вне обычных временных рамок, то в этом случае порядок оплаты, максимальная продолжительность и допуск работодателя к коммуникации с работником должны быть аналогичны сверхурочной работе.
Правило о том, что работники имеют право на некоторое ограничение и упорядочение коммуникации с ними со стороны работодателя, как представляется, касается любых работников, а не только дистанционных. Эту категорию работников можно рассматривать в качестве референтной группы для правового эксперимента, который в случае удачной апробации следует распространить в отношении любых работников, с которыми работодатели коммуницируют с помощью электронных средств связи во внерабочее время.
Возможность включения в трудовой договор оснований для увольнения. Действующая в настоящее время ч. 1 ст. 312.5 ТК РФ предусматривает возможность увольнения дистанционных работников по основаниям, предусмотренным трудовым договором. Эта норма содержательно воспроизводит ранее принятую аналогичную норму, касающуюся надомников (ст. 312 ТК РФ). Практика показывает, что работодатели вносят совершенно произвольные основания для увольнения дистанционных работников, например: "отсутствие работы для данного работника", т.е., по сути, освобождение работодателя от предусмотренной ст. 22 ТК РФ обязанности предоставлять работу и, в случае отсутствия таковой, оплачивать простой не по вине работника; "нецелесообразность дальнейшего сотрудничества"; "производственная необходимость" и т.п. <22>. Как бы странно ни выглядели такие основания для увольнения, закрепленные в трудовых договорах, обжаловать их законность в суде работникам, как правило, не удается <23>.
--------------------------------
<22> См.: Черных Н.В. Влияние нетипичных форм занятости на теоретические представления о трудовом отношении (на примере норм о дистанционном труде) // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 8. С. 113; Пояснительная записка к законопроекту N 973264-7 // Государственная Дума ФС РФ. Система обеспечения законодательной деятельности. URL: http://sozd.duma.gov.ru/download/AEF4C76E-A837-4A47-AE5C-FE54DAACFFA7.
<23> См., например, решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 2 октября 2019 г. по делу N 02-4456/2019 (оставлено без изменения Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 мая 2020 г. по делу N 33-13707/2020); решение Тукаевского районного суда Республики Татарстан от 20 января 2020 г. по делу N 2-189/2020 (оставлено без изменения Апелляционным определением Верховного суда Республики Татарстан от 11 июня 2020 г. по делу N 33-7400/2020); решение Новгородского районного суда Новгородской области от 9 октября 2019 г. по делу N 2-4741/2019.

В подавляющем большинстве случаев трудовой договор в момент его подписания фактически представляет собой договор присоединения, т.е. работодатель предлагает подписать составленный на его условиях договор и никаких реальных переговоров в силу слабости переговорной позиции работника чаще всего не происходит. Дистанционные работники очень редко имеют возможность возражать против заведомо несправедливых с их точки зрения оснований увольнения.
Таким образом, дистанционные работники оказываются в дискриминированном положении по сравнению с подавляющим большинством других категорий работников, и их право на защиту от несправедливого увольнения сводится к минимуму.
Рассматриваемый законопроект N 973264-7 предусматривает отмену возможности договорного "изобретения" сторонами (на самом деле - работодателем) дополнительных оснований для увольнения.
Представители работодателей (РСПП) в ходе обсуждения проекта выразили возражения против этой законодательной новации, указывая, что увольнение дистанционных работников по инициативе работодателя окажется затруднено прежде всего в силу трудности применения к ним механизма увольнения за прогул (подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ). Однако пока никаких альтернативных предложений с их стороны, например, закрепления конкретных дополнительных оснований увольнения дистанционных работников, но не в трудовом договоре, а непосредственно в ТК РФ, не прозвучало.
Скорее всего этот вопрос станет предметом дальнейших переговоров между социальными партнерами в ходе доработки текста законопроекта.
Иные проблемы регулирования дистанционного труда. Несмотря на то что законопроект N 973264-7 предполагает разрешение существенной части проблем, связанных с дистанционным трудом, приходится констатировать, что некоторые из них остаются за рамками как имеющегося, так и предполагаемого правового регулирования.
Среди таких правовых пробелов следует прежде всего выделить отсутствие правового регулирования отношений по дистанционному труду, осложненному иностранным элементом.
В законодательстве отсутствуют нормы, предусматривающие возможность дистанционного труда иностранных граждан в пользу российских работодателей и, наоборот, российских работников в России, работающих в пользу работодателей, расположенных за границей, а также нормы, касающиеся российских работников, работающих дистанционно за границей для российских работодателей.
Минтрудсоцразвития уже делало не соответствующие закону разъяснения о том, что такой труд не может выполняться, поскольку не предусмотрен законодательством - по несуществующему в трудовом праве принципу "все, что прямо не разрешено, запрещено" <24>. Несмотря на то что эти разъяснения, не имеющие статуса нормативных правовых актов, справедливо критикуются специалистами <25>, реализация таких правоотношений, востребованная работниками и работодателями, на практике очень затруднена.
--------------------------------
<24> См. письма Минтруда России от 16 января 2017 г. N 14-2/ООГ-245, от 7 декабря 2016 г. N 14-2/ООГ-10811.
<25> См.: Васильева Ю.В., Шуралева С.В. Дистанционная работа в России: вопросы правоприменения // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2016. N 2. С. 216 - 225; Коршунова Т.Ю. Указ. соч. С. 115 - 116; Черных Н.В. Влияние нетипичных форм занятости на теоретические представления о трудовом отношении (на примере норм о дистанционном труде). С. 110 - 111.

Еще один существенный пробел в отношении труда дистанционных работников - трудность реализации ими коллективных трудовых прав и отсутствие законодательных норм, предусматривающих специальную поддержку для этой категории работников с точки зрения участия в профсоюзах и ведения коллективных переговоров.
Эти проблемы еще ждут своего законодательного разрешения.

Выводы. Распространение коронавирусной инфекции стало мощным катализатором для обсуждения норм о дистанционном труде в России. Однако проблемы, преобретшие большую остроту из-за пандемии COVID-19, обсуждались экспертами и до этих событий.
Представляется, что вносимые в законодательство нормы помогут снять часть проблем, связанных с правовым регулированием дистанционного труда, хотя и не все из них.
Следует иметь в виду, что дистанционный труд - это лишь одна из так называемых новых форм занятости, растущая значимость которых в сфере труда вместе с общим ростом дифференциации трудовых отношений заставляет задуматься о пересмотре классического понятия трудового правоотношения <26>.
--------------------------------
<26> См. об этом: Golovina S.Yu. Enhancing the Differentiation of the Russian Labour Legislation // Russian Law: theory and practice. 2014. No. 2. P. 86 - 94; Лютов Н.Л. Трансформация трудового правоотношения и новые формы занятости в условиях цифровой экономики // Журнал российского права. 2019. N 7. С. 115 - 130; Черных Н.В. Влияние нетипичных форм занятости на теоретические представления о трудовом отношении (на примере норм о дистанционном труде). С. 108 - 117.

Требуют оперативных законодательных решений практические подходы к таким новым формам занятости, как труд в рамках онлайн-платформ <27>, регламентация труда экономически зависимых исполнителей и др. Не менее важно в долгосрочной перспективе теоретическое осмысление проблемы трансформации трудовых отношений в связи с глобальным переходом от экономики производства к экономике услуг, цифровизацией социальных отношений и опасной тенденцией прекаризации труда, т.е. ростом неустойчивых форм занятости.
--------------------------------
<27> См.: Chesalina O. Social and Labour Rights of "New" Self-Employed Persons (and in Particular Self-Employed Platform Workers) in Russia // Russian Law Journal. 2020. Vol. 8. No. 2. P. 49 - 78; Kirillova L.S., Lushnikov A.M., Lushnikova M.V. The Realization of the Concept of Flexicurity in Atypical Employment Relationships // Journal of Legal, Ethical and Regulatory Issues. 2016. Vol. 19. Special Issue. P. 69 - 75; Лютов Н.Л., Войтковская И.В. Водители такси, выполняющие работу через онлайн-платформы: каковы правовые последствия "уберизации" труда? // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 6. С. 17 - 24; Черных Н.В. Влияние нетипичных форм занятости на теоретические представления о трудовом отношении (на примере норм о дистанционном труде). С. 108 - 117; Чесалина О.В. От нестандартных форм занятости до работы на основе интернет-платформ // Трудовое право в России и за рубежом. 2018. N 1. С. 22 - 25.

Библиографический список

  1. Chesalina O. Social and Labour Rights of "New" Self-Employed Persons (and in Particular Self-Employed Platform Workers) in Russia // Russian Law Journal. 2020. Vol. 8. No. 2.
  2. French workers win legal right to avoid checking work email out-of-hours // The Guardian. 31 December 2016. URL: https://www.theguardian.com/money/2016/dec/31/french-workers-win-legal-right-to-avoid-checking-work-email-out-of-hours.
  3. Golovina S.Yu. Enhancing the Differentiation of the Russian Labour Legislation // Russian Law: theory and practice. 2014. No. 2.
  4. Kirillova L.S., Lushnikov A.M., Lushnikova M.V. The Realization of the Concept of Flexicurity in Atypical Employment Relationships // Journal of Legal, Ethical and Regulatory Issues. 2016. Vol. 19. Special Issue.
  5. Migliorato L. Culturing Boundaries: The Right to be Offline // The Tecnoskeptic. 22 March. 2017. URL: https://thetechnoskeptic.com/culturing-boundaries/.
  6. Pabilonia S.W., Vernon V. Telework and Time Use in the United States. Preprint. May 2020. DOI: 10.13140/RG.2.2.25722.11204.
  7. Telework in the 21st Century: An Evolutionary Perspective / ed. by J.C. Messenger. Geneva, 2019. 352 p.
  8. Timellini C. Disconnection: A Right in a Phase of Progressive Definition // New Forms of Employment: Current Problems and Future Challenges / ed. by J. Wratny, A. Ludera-Ruszel. Wiesbaden, 2020.
  9. Васильева Ю.В., Шуралева С.В. Дистанционная работа в России: вопросы правоприменения // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2016. N 2.
  10. Замахина Т. Минтруд предложил закрепить удаленную и комбинированную занятость в ТК // Российская газета. 2020. 27 мая. URL: https://rg.ru/2020/05/27/mintrud-predlozhil-zakrepit-udalennuiu-i-kombinirovannuiu-zaniatost-v-tk.html.
  11. Коршунова Т.Ю. Договор о дистанционной работе как способ оформления нетипичных трудовых отношений // Журнал российского права. 2020. N 2.
  12. Лютов Н.Л. Трансформация трудового правоотношения и новые формы занятости в условиях цифровой экономики // Журнал российского права. 2019. N 7.
  13. Лютов Н.Л., Войтковская И.В. Водители такси, выполняющие работу через онлайн-платформы: каковы правовые последствия "уберизации" труда? // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 6.
  14. МОТ. Стресс на рабочем месте: коллективный вызов. Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии. М., 2016.
  15. Рыженкова Ю. Профсоюзы предлагают ввести рекомендации по организации труда в условиях пандемии // Солидарность. 2020. 20 марта. URL: https://www.solidarnost.org/news/profsoyuzy-predlagayut-vvesti-rekomendatsii-po-organizacii-truda-v-usloviyah-pandemii.html.
  16. Федеральная служба государственной статистики (Росстат). Итоги выборочного обследования рабочей силы. Обследование рабочей силы 2019. URL: https://gks.ru/storage/mediabank/ors-2019-all.rar.
  17. Черных Н.В. Влияние нетипичных форм занятости на теоретические представления о трудовом отношении (на примере норм о дистанционном труде) // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 8.
  18. Черных Н.В. Трудовое законодательство России vs коронавирус: кто победит? // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 5.
  19. Чесалина О.В. От нестандартных форм занятости до работы на основе интернет-платформ // Трудовое право в России и за рубежом. 2018. N 1.
  20. Эксперты ОНФ предложили закрепить в Трудовом кодексе право совмещать работу в офисе и дистанционно // Сайт Общероссийского народного фронта. 2020. 19 марта. URL: https://onf.ru/2020/03/19/eksperty-onf-predlozhili-zakrepit-v-trudovom-kodekse-pravo-sovmeshchat-rabotu-v-ofise-i/.
Трудовой договор и трудовые отношения © 2015 - 2022. Все права защищены
↑