Все о трудовом праве
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-46-28
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 336-43-00

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Разделы:
Последние новости:

26.05.2021

Законопроектом устанавливается возможность получения процентной надбавки к заработной плате в полном размере с первого дня работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях для лиц не старше 35 лет, то есть для молодежи, при условии их проживания в указанных районах и местностях не менее пяти лет. При этом не имеет значения, когда такое проживание имело место, и было ли оно непрерывным.

подробнее
14.05.2021

Целью законопроекта является целях усиление социальной защиты работников бюджетной сферы. В связи с этим предлагается внести изменение в ч. 2 ст. 144 Трудового кодекса РФ, согласно которому Правительство РФ обязано принимать базовые оклады (базовые должностные оклады), базовые ставки заработной платы по профессиональным квалификационным группам.

подробнее
03.05.2021

Целью законопроекта является реализация задач, поставленных национальной программой "Цифровая экономика Российской Федерации", Общенациональным планом действий, обеспечивающих восстановление занятости и доходов населения, рост экономики и долгосрочные структурные изменения в экономике.

подробнее
Все статьи > Трудовые отношения > Трудовое право. Общие положения > Трудовое право при переходе к цифровому обществу: происходящие изменения и контуры будущего (Филипова И.А.)

Трудовое право при переходе к цифровому обществу: происходящие изменения и контуры будущего (Филипова И.А.)

Дата размещения статьи: 12.05.2021

Трудовое право при переходе к цифровому обществу: происходящие изменения и контуры будущего (Филипова И.А.)

Трудовое право, являясь отраслью российской правовой системы, т.е. частью целого, как и вся система, подпадает под воздействие ускоряющихся процессов цифровизации общества вследствие быстрого развития технологий. Право как социальный регулятор вынуждено подстраиваться под новые условия, чтобы эффективно регулировать общественные отношения, содержание которых меняется из-за ранее недоступных технологических возможностей.

Формирование трудового права происходило в период индустриального общества, его нормы рассчитаны в первую очередь на типичную занятость, т.е. трудовые отношения, предполагающие работу у конкретного работодателя с определенным рабочим временем на соответствующем рабочем месте. С развитием экономики все чаще стали появляться отношения, включающие отступления от общего правила: увеличилось количество срочных трудовых договоров, договоров с неполным рабочим временем, гибким графиком работы. Развитие информационных технологий позволило определенные работы выполнять дистанционно, что уже отразилось на правовом регулировании труда.
Новые сквозные технологии трансформируют социум, радикальные экономические преобразования воздействуют на рынки труда и меняют содержание трудовых отношений, изменения происходят по нарастающей и требуют переосмысления роли трудового права.
Среди специалистов в области трудового права, указывающих на необходимость пристального внимания к идущим процессам цифровизации и настаивающих на серьезных изменениях в трудоправовом регулировании, можно назвать европейских исследователей из таких известных центров науки, как Левенский католический университет и Оксфордский университет. Представителями первого являются профессор В. Де Стефано <1>, работы которого в основном посвящены теме влияния технологий искусственного интеллекта на регулирование труда, нестандартным формам занятости в gig-экономике и новым потребностям в сфере охраны труда, а также профессор Ф. Хендрикс <2>, анализирующий изменение труда в условиях цифровой экономики. Среди специалистов из Оксфорда можно назвать профессора И. Прасля <3>, исследующего перспективы и риски трудовых отношений в условиях gig-экономики. Изучению данной тематики уделяет значительное внимание и профессор М. Рисак из Венского университета, вошедший в число экспертов Европейского фонда улучшения условий жизни и труда (European Foundation for the Improvement of Living and Working Conditions) на 2018 - 2022 гг. по теме "Цифровой век: возможности и проблемы для работы и занятости" (The digital age: opportunities and challenges for work and employment). Исследователи О. Чесалина из Института социального права и социальной политики им. Макса Планка (Мюнхен) <4> и А. Баррио из Университета Тилбурга изучают перемены в сфере труда, вызванные распространением интернет-платформ.
--------------------------------
<1> См.: De Stefano V. "Negotiating the algorithm": automation, artificial intelligence and labour protection. Working Paper N 246. Geneva, 2018. 38 p.
<2> См.: Hendrickx F. From digits to robots: The privacy-autonomy nexus in new labor law machinery // Comparative Labor Law and Policy Journal. 2019. Vol. 40. N 3. P. 365 - 387; Hendrickx F. Regulating new ways of working: from the new "wow" to the new "how" // European Labour Law Journal. 2018. Vol. 9. N 2. P. 195 - 205.
<3> См.: Prassl J. Humans as a service. The promise and perils of work in the Gig Economy. Oxford, 2019. 224 p.
<4> См.: Chesalina O. Access to social security for digital platform workers in Germany and in Russia: a comparative study // Spanish Labour Law and Employment Relations Journal. 2018. Vol. 7. N 1 - 2. P. 17 - 28.

К европейским специалистам можно отнести и профессора М. Де Во <5>, ранее преподававшего в Гентском университете, а сейчас возглавившего юридическую школу Маккуори в Сиднее и занимающегося проблемами труда в условиях технологизации (Work 4.0). Автор подчеркивает: сфера труда претерпевает принципиальные преобразования, что влечет соответствующую трансформацию трудового права <6>. В долгосрочной перспективе, по мнению М. Де Во, это может привести к расширению трудового права от "права занятости" до "права личности".
--------------------------------
<5> См.: De Vos M. Work 4.0 and the future of labour law // SSRN Electronic Journal, January 2018. URL: https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=3217834 (дата обращения: 27.01.2020).
<6> См.: De Vos M. How the future of work can work for the workers // Law, labour and the humanities: contemporary European perspectives / ed. by T. Toracca, A. Condello. London, 2020. P. 46 - 61.

В числе американских исследователей темы воздействия цифровизации на трудовое право следует упомянуть профессора Нью-Йоркского университета С. Эстлунд <7>, настаивающую на необходимости реформирования трудового законодательства, которое не в состоянии защитить работников от достигнутого уровня развития робототехники и искусственного интеллекта, изменивших условия труда, способствующих снижению трудовых стандартов и росту неравенства. Влиянию технологий на труд посвящены и работы профессора Калифорнийского университета К. Стоун <8>, придерживающейся мнения, что электронный мониторинг, проводимый с помощью систем искусственного интеллекта, превращает рабочее место в безграничное, угрожает частной жизни работников, усугубляет дискриминацию в сфере занятости и уничтожает защиту со стороны трудового законодательства. Еще одним американским специалистом, работающим над изучением проблем в данной области, является профессор П. Ким из Университета Вашингтона (Сент-Луис) <9>.
--------------------------------
<7> См.: Estlund C. What should we do after work? Automation and Employment Law // Yale Law Journal. 2018. Vol. 128. N 2. P. 254 - 326.
<8> См.: Bales R.A., Stone K.V.W. The Invisible Web of Work: The Intertwining of A-I, Electronic Surveillance, and Labor Law. UCLA School of Law, Public Law Research Paper N 19 - 18. Los Angeles, 2019. 54 p.
<9> См.: Kim P.T. Data Mining and the challenges of protecting employee privacy under U. S. Law // Comparative Labor Law and Policy Journal. 2019. Vol. 40. N 3. P. 405 - 419.

Исследователи из Международной организации труда не остаются в стороне от обозначенных выше тем. Например, Ж.М. Берг <10> и У. Рани <11> занимаются вопросами, связанными с регулированием труда на основе интернет-платформ, и проблемами, возникающими из-за растущей автоматизации производства.
--------------------------------
<10> См.: Berg J. Protecting workers in the Digital age: Technology, outsourcing and the growing precariousness of work. Geneva, 2019. 21 p.
<11> См.: Rani U., Berg J., Furrer M. Digital labour platforms and the future of work: Towards decent work in the online world. Geneva, 2018. 160 p.

Среди российских исследователей, изучающих влияние цифровых технологий на отношения в сфере труда, их правовое регулирование и уже опубликовавших ряд работ по данной тематике, можно назвать Н.Л. Лютова <12>, И.А. Филипову <13>, П.Е. Морозова <14>, Л.В. Зайцеву <15> и Э.И. Лескину <16>.
--------------------------------
<12> См.: Лютов Н.Л. Трансформация трудового правоотношения и новые формы занятости в условиях цифровой экономики // Журнал российского права. 2019. N 7. С. 115 - 130.
<13> См.: Филипова И.А. Искусственный интеллект, трудовые отношения и право: влияние и взаимодействие // Государство и право. 2019. N 11. С. 69 - 77.
<14> См.: Морозов П.Е. Выход из научного застоя: о необходимости использования технологии Data Mining в науке трудового права. М., 2019. 120 с.
<15> См.: Зайцева Л.В., Сухова Н.В. Электронные доказательства в сфере разрешения трудовых споров: вызовы правоприменения и проблемы правовой науки // Государство и право. 2019. N 8. С. 43 - 52.
<16> См.: Лескина Э.И. Применение блокчейн-технологий в сфере труда // Юрист. 2018. N 11. С. 25 - 30.

Цифровизация общества - это происходящий в настоящее время процесс его переустройства на основе современных технологических достижений. Уровень развития технологий позволяет принципиально менять систему коммуникаций внутри общества, производство товаров, сферу услуг. Так называемые сквозные технологии способны проникать во все сферы общества, погружая участников общественных отношений в совершенно новые условия. Такими технологиями являются нейротехнологии, технологии искусственного интеллекта, робототехники и сенсорики, блокчейн, технологии виртуальной и дополненной реальности, квантовые технологии и т.д.
Как меняется общество под воздействием этих технологий? Рассмотрим изменения в экономической, социальной, культурной и политической сферах общества. В первую очередь проявляются поступательные изменения в экономической сфере: повышается уровень автоматизации производства, происходит замена части функционала работников компьютерными программами, внедряется робототехника, совершенствуются системы искусственного интеллекта за счет использования машинного обучения, обеспечивающего возможность саморазвития этих систем, создаются "цифровые двойники" (копии объекта или процесса, помогающие оптимизировать эффективность производства), внедряется "интернет вещей", способных взаимодействовать между собой без участия человека, и, наконец, создаются "умные заводы", изначально нацеленные на производство практически без участия работников. Высокотехнологичные "умные заводы", производственное оборудование и интеллектуальные системы, управления которых организуют сами себя, способны выпускать продукцию с оптимальным циклом изготовления индивидуализированного продукта по цене массового производства. Экономически привлекательная идея "умного завода" вызывает интерес инвесторов, что стимулирует создание новых производств по такой модели и позволяет экономистам называть их "заводами будущего". На сегодняшний день заводы, на 99% исключившие присутствие людей через замещение их робототехникой и интеллектуальными системами, начинают функционировать в разных регионах мира, строятся они и в России <17>.
--------------------------------
<17> См.: Авакян Д. Haier: Открытие "умного" завода в Набережных Челнах возможно в 2021 году. URL: https://www.tatar-inform.ru/news/business/31-05-2019/haier-otkrytie-umnogo-zavoda-v-naberezhnyh-chelnah-vozmozhno-v-2021-godu-5036229 (дата обращения: 27.01.2020).

Если в экономической сфере наступающее будущее связывается с "умными заводами", то социальная среда будет связана с "умными городами", также перестроенными на основе сквозных технологий. Цифровой документооборот призван вытеснить бумажный, искусственный интеллект задействуется в принятии общегородских управленческих решений, "интернет вещей" позволяет функционировать городу как единому сбалансированному организму, а "цифровые двойники" городов, являясь прототипами реальных городов, дают возможность анализировать вероятные последствия проводимых изменений, касающихся ЖКХ, здравоохранения, общественного транспорта, благоустройства и т.д. Примером стратегии развития "умного города" является Концепция "Москва. Умный город 2030" <18>. Развитие робототехники и цифровизация городской среды изменят повседневную жизнь людей, которые будут находиться в постоянном контакте с робототехникой как дома или в общественном пространстве (сервисные роботы), так и на работе (коллаборативные роботы).
--------------------------------
<18> URL: https://2030.mos.ru/netcat_files/userfiles/documents_2030/concept.pdf (дата обращения: 27.01.2020).

Что касается культурной сферы, то, привыкая взаимодействовать с искусственным интеллектом (в виде усложняющихся компьютерных программ или робототехники), люди станут воспринимать искусственный интеллект в качестве участника общественных отношений. Кроме того, современные достижения в области нейропротезирования способствуют изменению "культурного кода" молодого поколения через допущение усовершенствования своего тела и разума путем установки нейроимплантов. Об этом свидетельствуют результаты проведенных социологических исследований, например, на сегодняшний день около половины из опрошенных исследователями российских юношей высказываются в пользу улучшения тела имплантами <19>.
--------------------------------
<19> См.: Луков В.А. Российская молодежь о биотехнологических проектах "улучшения" человека // Социологические исследования. 2018. N 4. С. 73 - 81.

Изменения в политической сфере касаются трансформации процессов принятия решений, внедрения технологии "цифрового правительства", оказания госуслуг через интернет-платформы и цифровизации законотворчества. Так, в Италии реализуется проект "Datafication", включающий оцифровку законотворческого процесса. Вопрос о внедрении машинного обучения для использования искусственного интеллекта в законотворческой и управленческой деятельности уже поставлен на уровне правительств во многих странах мира. Работы по созданию машиночитаемого права ("переписыванию" законов в виде программного кода) в настоящее время ведутся в Германии, Великобритании, Новой Зеландии, России и иных странах. В США машиночитаемость общедоступных активов органов власти уже предусмотрена Законом от 14 января 2019 г. об открытых данных правительства <20>.
--------------------------------
<20> См.: Foundations for Evidence-Based Policymaking Act (Open Government Data Act, January 14, 2019, N 115 - 435).

Все вышеперечисленное свидетельствует о принципиальных изменениях, происходящих в современном обществе и оказывающих влияние на любые процессы внутри него. Если общество рассматривать как систему общественных отношений, то среди этих отношений фигурируют и трудовые. Трудовые отношения - это взаимосвязи между работодателями и работниками, складывающиеся на основе соглашения о личном выполнении работником за плату трудовой функции в интересах, под управлением и контролем работодателя. Современные технологии уже оказали заметное влияние на отношения в сфере наемного труда, сегодня они существенно отличаются от трудовых отношений на рубеже XX - XXI вв. В настоящее время при найме на работу крупные работодатели применяют системы искусственного интеллекта в виде специальных компьютерных программ, позволяющих оценить потенциального работника на соответствие ожиданиям работодателя и спрогнозировать перспективы его работы в организации на будущее. Датчики и системы слежения делают возможным осуществлять мониторинг деятельности работника в течение всего рабочего дня и на основании информации, полученной после интеллектуального анализа данных, проводить изменения по оптимизации работы компании. Пока это применяется в основном в крупных компаниях и технологических стартапах, но процент работодателей, использующих новые технологические решения, неуклонно растет и будет расти дальше с учетом появления все более эффективных цифровых продуктов на рынке, их удешевления и легкой масштабируемости.
Применение промышленной робототехники также увеличивается. Существует пять основных рынков для промышленных роботов: Китай, Япония, США, Южная Корея и Германия. На эти страны приходится 74% от мирового объема промышленной робототехники. Автомобильная промышленность является важнейшим заказчиком для промышленных роботов (почти 30% робототехники сконцентрировано в этой отрасли). Кроме автомобилестроения промышленные роботы все шире используются в электронной и электротехнической промышленности, при производстве оборудования для медицинских и иных целей. В 2018 г. средняя плотность роботов в обрабатывающей промышленности составляла на 10 тыс. работников: в Европе - 114 единиц, в Америке - 99 единиц, а в Азии и Австралии - 91 единица. В то же время наиболее высокие темпы роботизации имеет именно Азия (за период с 2013 по 2018 г. среднегодовой темп роста плотности роботов в Азии составлял 16%, в Северной и Южной Америке - 9%, в Европе - 6%) <21>.
--------------------------------
<21> См.: Executive Summary World Robotics 2019. Industrial Robots. URL: https://ifr.org/downloads/press2018/Executive%20Summary%20WR%202019%20Industrial%20Robots.pdf (дата обращения: 27.01.2020).

По уровню промышленной роботизации Россия отстает и будет отставать от лидеров согласно данным прогнозного анализа, представленного в Дорожной карте развития сквозной технологии "Компоненты робототехники и сенсорика" <22>, опубликованной на сайте Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ, но помимо промышленной робототехники есть еще сервисная, и этот сегмент существенно увеличивает возможности вовлечения робототехники в рабочую среду. К сервисным роботам относятся, например, логистические системы (включая беспилотники), роботы - профессиональные уборщики, "public relation" роботы для консультирования и т.д. По оценкам Международной федерации робототехники продажи профессиональных сервисных роботов растут быстрее, чем промышленных. Так, общее количество проданных профессиональных роботов в 2018 г. выросло на 61% до более чем 271 тыс. единиц по сравнению с примерно 168 тыс. в 2017 г. Причем эти роботы дешевеют: увеличение в объеме продаж за этот же период - всего на 32% до 9,2 млрд долл. США. Автономные управляемые транспортные средства представляют наибольшую долю на рынке профессиональных сервисных роботов (41% от всех проданных единиц). Вторую по величине категорию (39%) составляют роботы для проверки и обслуживания <23>.
--------------------------------
<22> См.: Дорожная карта развития "сквозной" цифровой технологии "Компоненты робототехники и сенсорика", 2019. URL: https://digital.gov.ru/uploaded/files/07102019robototehnika-i-sensorika.pdf (дата обращения: 27.01.2020).
<23> См.: Executive Summary World Robotics 2019. Service Robots. URL: https://ifr.org/downloads/press2018/Executive_Summary_WR_Service_Robots_2019.pdf (дата обращения: 27.01.2020).

Быстрая трансформация бизнес-моделей и производства, связанная с развитием сквозных технологий, отражается на положении работников. Скорость замены компьютерными программами и робототехникой работников, ранее выполнявших соответствующие трудовые функции, возрастает. Промышленные роботы уже вытеснили работников с ряда производств, коллаборативные роботы замещают часть работников, занимая соседние рабочие места с оставшимися. Доля коллаборативных роботов как разновидности промышленных роботов, способных работать в непосредственном контакте с людьми, на конец 2019 г. составляла лишь 3,2% от всех промышленных роботов, но динамика роста этого сегмента положительная, и по прогнозам компании "ABI Research" к 2030 г. указанная доля составит уже 29% <24>.
--------------------------------
<24> См.: The collaborative robot market will exceed US$11 billion by 2030. URL: https://www.abiresearch.com/press/collaborative-robot-market-will-exceed-us11-billion-2030-representing-29-total-industrial-robot-market/ (дата обращения: 27.01.2020).

По словам авторов доклада, представленного организаторами Всемирного экономического форума в Давосе в январе 2020 г. и подготовленного ими совместно с крупнейшей консалтинговой компанией "PricewaterhouseCoopers", одним из главных социально-экономических рисков идущей цифровизации является изменение требований к труду и утрата трудящимися рабочих мест, а также "растущие потребности в переобучении и повышении квалификации рабочей силы, которая претерпевает быстрые структурные изменения" <25>.
--------------------------------
<25> Unlocking Technology for the Global Goals. As part of Frontier 2030: Fourth Industrial Revolution for Global Goals Platform. World Economic Forum, January 2020. URL: http://www3.weforum.org/docs/Unlocking_Technology_for_the_Global_Goals.pdf (дата обращения: 27.01.2020).

На рынке труда растет число вакансий, подпадающих под понятие нетипичной занятости. По оценкам Международной организации труда, доля таких работников в ряде регионов мира уже превышает половину от общего числа трудящихся <26>. Многие из них, установив приложения в смартфоне, работают через интернет-платформы (Uber, Deliveroo, Яндекс и т.д.), т.е. выполняют работу по требованию, но считаются самозанятыми и лишены правовых гарантий, предусмотренных законом для работников.
--------------------------------
<26> См.: Marcadent Ph. et al. Non-standard employment around the world: Understanding challenges, shaping prospects. Report. Geneva, 2016. 396 p.

Трудовое право реагирует на изменения в производственной и непроизводственной сферах. Например, в большинстве стран мира законодательством уже допускается возможность электронного документооборота между работниками, работодателями и контролирующими государственными органами, в ряде случаев формирование документов в электронном виде является требованием закона. В России с 1 января 2020 г. предусмотрено ведение электронных трудовых книжек (с последующей отменой бумажного формата документа). Согласно новой ст. 66.1 Трудового кодекса РФ работодатель теперь формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника. Другим изменением трудового законодательства является повышение внимания к обязанностям работодателя по переобучению, повышению квалификации работников. Например, концепция Lifelong Learning о необходимости обучения в течение всей жизни уже нашла отражение в трудовом законодательстве Франции и Нидерландов, где работодатели обязаны составлять планы адаптации работников к изменениям производственного процесса и использовать все возможности по переобучению. Изменения коснулись и защиты данных работников. Так, в Европейском союзе с 25 мая 2018 г. действует Общий регламент по защите данных <27>, повысивший требования к работодателям при обработке и хранении персональных данных работников.
--------------------------------
<27> См.: Regulation (EU) 2016/679 of the European Parliament and of the Council of 27 April 2016 on the protection of natural persons with regard to the processing of personal data and on the free movement of such data, and repealing Directive 95/46/EC, General Data Protection Regulation.

В то же время "критическими точками", не совпадающими с потребностями цифрового общества, для действующего трудового законодательства разных стран остаются:
устойчивый рост числа лиц, трудящихся на условиях нетипичной занятости и не подпадающих под регулирование трудовым правом;
изменение содержания отношений между работником и работодателем вследствие применения последним систем искусственного интеллекта, позволяющих проводить мониторинг и интеллектуальный анализ данных по каждому работнику, прогнозируя его поведение на будущее;
быстрое изменение функционала многих работников в связи с внедрением специальных компьютерных программ, выполняющих часть функций, которые ранее осуществлялись работниками (с постоянным расширением круга заданий, выполняемых автоматизированно);
продолжающаяся роботизация производства, вытесняющая часть работников с рабочих мест;
создание новых рабочих мест, организация труда которых принципиально отличается от прежних из-за встраивания робототехники в производственную среду, что влечет усиление контакта роботов с работниками, изменение структуры рисков для последних и т.д.
Исследователями в сфере трудового права из разных регионов мира все активнее обсуждается вопрос о необходимости регулирования трудовым правом занятости на основе интернет-платформ. В ряде стран уже имеется судебная практика, повышающая вероятность соответствующего корректирования трудового законодательства в течение ближайших лет <28>. Правоведы выдвигают следующие предложения: развивать дифференциацию правовых режимов регулирования труда, в том числе вводить специальный режим работы на основе интернет-платформ с признанием за ее исполнителями ряда трудовых прав, в частности на улучшение условий труда, коллективную защиту и т.д. <29>. Проблемой, которая усугубляется включением работы на основе интернет-платформ в сферу трудоправового регулирования, является законодательное допущение трудовых отношений со сниженным уровнем социальных гарантий работников. С учетом социальной направленности трудового права такое изменение будет шагом назад, свидетельствующим об определенной деградации трудового права, в то же время отсутствие гибкости трудоправового регулирования в одних странах будет препятствовать их экономическому развитию за счет перетекания инвестиций в страны, где трудовое законодательство позволит предпринимателям эффективно вести бизнес. Таким образом, страны с негибким трудовым законодательством будут отставать в экономическом развитии от тех, кто сможет удержать баланс между социальными достижениями трудового права и стимулированием предпринимателей (работодателей).
--------------------------------
<28> См.: Barrio A. Contradictory decisions on the employment status of platform workers in Spain // Comparative Labor Law and Policy Journal. Dispatch N 20. January 2020. URL: https://cllpj.law.illinois.edu/dispatches (дата обращения: 27.01.2020).
<29> См.: Prassl J., Risak M. Uber, Taskrabbit, & Co: platforms as employers? Rethinking the legal analysis of crowdwork // Comparative Labour Law and Policy Journal. 2015. Vol. 37. P. 619 - 648.

Все чаще используемый работодателями интеллектуальный анализ данных позволяет сформировать цифровой профиль каждого работника. Цифровой профиль, представляя набор классифицированных данных, создаваемый с помощью анкетирования, анализа поведения человека и выявления соответствующих характеристик, дает возможность моделировать поведение лица в будущем, снижая риски потенциальных проблем для работодателя. Интеллектуальная автоматизация производственных процессов плюс интеллектуальный анализ данных работника, с одной стороны, позволяют оптимизировать деятельность предприятия, снизив затраты, упорядочив процессы и повысив результаты этой деятельности, с другой стороны, радикально меняют соотношение сил в сложившейся согласно действующим нормам трудового права системе "работодатель - работник" в пользу работодателей, получающих дополнительные возможности по контролю за работником, прогнозированием его поведения и т.д. Правовых ограничений по использованию интеллектуального анализа данных трудовым правом пока не предусмотрено, лишь применение интеллектуальных систем - роборекрутеров уже стало предметом судебных споров в связи с возможной дискриминацией по отношению к претендентам на работу <30>.
--------------------------------
<30> См.: Nagele-Piazza L. How is artificial intelligence changing the workplace? Society for human resource management, November 2018. URL: https://www.shrm.org/resourcesandtools/legal-and-compliance/employment-law/pages/artificial-intelligence-is-changing-the-workplace.aspx (дата обращения: 27.01.2020).

С учетом исследований современных экономистов и динамики публикуемых данных аналитического характера <31> можно утверждать, что в последующие годы необходимостью станет внесение значительных изменений в ряд институтов трудового права.
--------------------------------
<31> См.: Autor D., Mindell D.A., Reynolds E.B. The Work of the Future: Shaping Technology and Institutions. Fall 2019 Report. Massachusetts Institute of Technology. URL: https://workofthefuture.mit.edu/sites/default/files/2019-09/WorkoftheFuture_Report_Shaping_Technology_and_Institutions.pdf (дата обращения: 27.01.2020).

Во-первых, изменения затронут институты рабочего времени и нормирования труда. В связи с распространением робототехники потребуется эффективная защита работников от перегрузок. Роботам не нужны перерывы для отдыха, а производительность их труда, как правило, выше, чем производительность труда работника. Риском становится и "размывание" фактического рабочего времени лица, контролирующего роботизированный производственный процесс, так как работник будет вынужден отслеживать ситуацию, контролировать которую обязан в силу выполняемой трудовой функции даже находясь вне рабочего места.
Во-вторых, серьезного обновления потребует институт охраны труда. Необходимым становится введение стандартов безопасности труда при совместной работе людей, а также профессиональных сервисных и коллаборативных роботов. Ведь возникают новые физические риски для работников, такие как сбой в работе робота либо непредсказуемое поведение робота после машинного обучения, и новые психосоциальные риски - необходимость для человека работать в темпе робота, стресс от непосредственного контакта с киберфизическими системами и т.д. <32>.
--------------------------------
<32> См.: Moore Ph.V. Artificial Intelligence: occupational safety and health and the future of work. 2018. URL: https://www.stjornarradid.is/lisalib/getfile.aspx?itemid=4061219d-3a73-11e9-9432-005056bc530c (дата обращения: 27.01.2020).

В-третьих, институт переподготовки и повышения квалификации работников и институт гарантий и компенсаций также претерпят существенные изменения из-за потребности в сопровождении процессов вытеснения части работников с прежних рабочих мест робототехникой.
И, наконец, в-четвертых, значительной трансформации подвергнется институт защиты персональных данных работника. Это объясняется все более широким использованием работодателями средств мониторинга за деятельностью работников, а также технологических инструментов на основе Big Data и Data Mining - систем, осуществляющих накапливание и интеллектуальный анализ данных. Такие системы с искусственным интеллектом способны при обработке, например, деанонимизировать данные работников, даже если изначально предполагалось их обезличивание в целях выявления каких-то общих тенденций, за счет сопоставления этих данных с информацией из внешних по отношению к работодателю источников: баз данных в Интернете, социальных сетей и т.д.
Отметим, что тенденция по дифференциации правового регулирования свойственна трудовому праву в течение всего периода его существования. В связи с этим можно прогнозировать расширение круга специальных субъектов трудового права. С большой долей вероятности такими субъектами в ближайшие пять лет станут лица, работающие по требованию на основе интернет-платформ, а после них в течение ближайшего десятилетия - работники с нейроимплантами (в виде чипов, нейропротезов, иных устройств, восстанавливающих утраченные способности человека или повышающих его возможности). Последнее можно заключить из данных по динамике развития нейропротезирования и росту этого сегмента рынка, что демонстрируется в аналитических отчетах лидеров стратегического маркетинга, например в отчете "Мировой рынок нейропротезирования: анализ спроса и глобальных перспектив 2027" <33> компании "Research Nester", опубликованном в сентябре 2019 г. Выделение этих работников в качестве категории специальных субъектов трудового права объясняется соединением человека и продукта цифровых технологий в единое целое, вследствие чего такой работник имеет ряд особенностей, например обладает способностями, не присущими людям без нейроимплантов (способность касаться предметов, обладающих очень высокой/низкой температурой, инфракрасное "зрение", возможность прямого контакта с электронным оборудованием и т.д.) <34>. Наличие у работника нейроимпланта влечет новые риски, в частности, хакерская атака на нейроимплант может вызвать потерю контроля над ним работника и т.д.
--------------------------------
<33> Global Output Neural Prosthetics Market: Global Demand Analysis & Opportunity Outlook 2027, September 2019. URL: https://www.researchnester.com/reports/output-neural-prosthetics-market/1895 (дата обращения: 27.01.2020).
<34> См.: Koops E.-J., Di Carlo A., Nocco L., Cassamassima V., Stradella E. Robotic technologies and fundamental rights: robotics challenging the European constitutional framework // International Journal of Technoethics. 2013. Vol. 4 (2). P. 15 - 35.

Все перечисленное выше позволяет сделать вывод о неизбежности адаптации трудового права к новой технологизированной реальности. Законодательные изменения подобного масштаба должны учитывать многие факторы, среди которых потребность в увеличении гибкости правового регулирования при сохранении социальной направленности трудового права (на практике приоритет одного мешает другому), своевременность мер правового реагирования с учетом растущего уровня роботизации производства и устойчиво продолжающейся интеллектуальной автоматизации процессов. При этом для права как инструмента по созданию правового "каркаса" человеческой цивилизации на новом этапе ее существования решающее значение имеет системность в формировании модели трудового права будущего. Задачей правоведов становится разработка сбалансированных и совместимых правовых конструкций, которые выдержат "нагрузку" всех компонентов цифровизации, обеспечив при этом выполнение социальной функции трудового права.

Список литературы

  1. Autor D., Mindell D.A., Reynolds E.B. The Work of the Future: Shaping Technology and Institutions. Fall 2019 Report. Massachusetts Institute of Technology. URL: https://workofthefuture.mit.edu/sites/default/files/2019-09/WorkoftheFuture_Report_Shaping_Technology_and_Institutions.pdf (дата обращения: 27.01.2020).
  2. Bales R.A., Stone K.V.W. The Invisible Web of Work: The Intertwining of A-I, Electronic Surveillance, and Labor Law. UCLA School of Law, Public Law Research Paper N 19-18. Los Angeles, 2019.
  3. Barrio A. Contradictory decisions on the employment status of platform workers in Spain // Comparative Labor Law and Policy Journal. Dispatch N 20. January 2020. URL: https://cllpj.law.illinois.edu/dispatches (дата обращения: 27.01.2020).
  4. Berg J. Protecting workers in the Digital age: Technology, outsourcing and the growing precariousness of work. Geneva, 2019.
  5. Chesalina O. Access to social security for digital platform workers in Germany and in Russia: a comparative study // Spanish Labour Law and Employment Relations Journal. 2018. Vol. 7. N 1 - 2.
  6. De Stefano V. "Negotiating the algorithm": automation, artificial intelligence and labour protection. Working Paper N 246. Geneva, 2018.
  7. De Vos M. How the future of work can work for the workers // Law, labour and the humanities: contemporary European perspectives / ed. by T. Toracca, A. Condello. London, 2020.
  8. De Vos M. Work 4.0 and the future of labour law // SSRN Electronic Journal, January 2018. URL: https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=3217834 (дата обращения: 27.01.2020).
  9. Estlund C. What should we do after work? Automation and Employment Law // Yale Law Journal. 2018. Vol. 128. N 2.
  10. Executive Summary World Robotics 2019. Industrial Robots. URL: https://ifr.org/downloads/press2018/Executive%20Summary%20WR%202019%20Industrial%20Robots.pdf (дата обращения: 27.01.2020).
  11. Executive Summary World Robotics 2019. Service Robots. URL: https://ifr.org/downloads/press2018/Executive_Summary_WR_Service_Robots_2019.pdf (дата обращения: 27.01.2020).
  12. Global Output Neural Prosthetics Market: Global Demand Analysis & Opportunity Outlook 2027, September 2019. URL: https://www.researchnester.com/reports/output-neural-prosthetics-market/1895 (дата обращения: 27.01.2020).
  13. Hendrickx F. From digits to robots: The privacy-autonomy nexus in new labor law machinery // Comparative Labor Law and Policy Journal. 2019. Vol. 40. N 3.
  14. Hendrickx F. Regulating new ways of working: from the new "wow" to the new "how" // European Labour Law Journal. 2018. Vol. 9. N 2.
  15. Kim P.T. Data Mining and the challenges of protecting employee privacy under U. S. Law // Comparative Labor Law and Policy Journal. 2019. Vol. 40. N 3.
  16. Koops E.-J., Di Carlo A., Nocco L., Cassamassima V., Stradella E. Robotic technologies and fundamental rights: robotics challenging the European constitutional framework // International Journal of Technoethics. 2013. Vol. 4 (2).
  17. Marcadent Ph. et al. Non-standard employment around the world: Understanding challenges, shaping prospects. Report. Geneva, 2016.
  18. Moore Ph.V. Artificial Intelligence: occupational safety and health and the future of work. 2018. URL: https://www.stjornarradid.is/lisalib/getfile.aspx?itemid=4061219d-3a73-11e9-9432-005056bc530c (дата обращения: 27.01.2020).
  19. Nagele-Piazza L. How is artificial intelligence changing the workplace? Society for human resource management, November 2018. URL: https://www.shrm.org/resourcesandtools/legal-and-compliance/employment-law/pages/artificial-intelligence-is-changing-the-workplace.aspx (дата обращения: 27.01.2020).
  20. Prassl J. Humans as a service. The promise and perils of work in the Gig Economy. Oxford, 2019.
  21. Prassl J., Risak M. Uber, Taskrabbit, & Co: platforms as employers? Rethinking the legal analysis of crowdwork // Comparative Labour Law and Policy Journal. 2015. Vol. 37.
  22. Rani U., Berg J., Furrer M. Digital labour platforms and the future of work: Towards decent work in the online world. Geneva, 2018.
  23. The collaborative robot market will exceed US$11 billion by 2030. URL: https://www.abiresearch.com/press/collaborative-robot-market-will-exceed-us11-billion-2030-representing-29-total-industrial-robot-market/ (дата обращения: 27.01.2020).
  24. Unlocking Technology for the Global Goals. As part of Frontier 2030: Fourth Industrial Revolution for Global Goals Platform. World Economic Forum, January 2020. URL: http://www3.weforum.org/docs/Unlocking_Technology_for_the_Global_Goals.pdf (дата обращения: 27.01.2020).
  25. Авакян Д. Haier: Открытие "умного" завода в Набережных Челнах возможно в 2021 году. URL: https://www.tatar-inform.ru/news/business/31-05-2019/haier-otkrytie-umnogo-zavoda-v-naberezhnyh-chelnah-vozmozhno-v-2021-godu-5036229 (дата обращения: 27.01.2020).
  26. Зайцева Л.В., Сухова Н.В. Электронные доказательства в сфере разрешения трудовых споров: вызовы правоприменения и проблемы правовой науки // Государство и право. 2019. N 8.
  27. Лескина Э.И. Применение блокчейн-технологий в сфере труда // Юрист. 2018. N 11.
  28. Луков В.А. Российская молодежь о биотехнологических проектах "улучшения" человека // Социологические исследования. 2018. N 4.
  29. Лютов Н.Л. Трансформация трудового правоотношения и новые формы занятости в условиях цифровой экономики // Журнал российского права. 2019. N 7.
  30. Морозов П.Е. Выход из научного застоя: о необходимости использования технологии Data Mining в науке трудового права. М., 2019.
  31. Филипова И.А. Искусственный интеллект, трудовые отношения и право: влияние и взаимодействие // Государство и право. 2019. N 11.
Трудовой договор и трудовые отношения © 2015 - 2021. Все права защищены
↑