Все о трудовом праве
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-46-28
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 336-43-00

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Разделы:
Последние новости:

30.11.2021

В связи с растущей потребностью более полного регулирования отношений с участием граждан-потребителей законопроектом предлагается дополнить перечень информации о товаре, которая реализуется продавцом дистанционным способом, информацией о государственном регистрационном номере записи о создании юридического лица (основном государственном регистрационном номере записи о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя).

подробнее
15.11.2021

Законопроектом предусматривается, что при заключении регионального соглашения его действие будет распространяться на всех работодателей, осуществляющих деятельность на территории соответствующего субъекта РФ, по аналогии с отраслевым соглашением, заключенным на федеральном уровне, которое распространяет свое действие на всех работодателей, не направивших в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, отказ присоединиться к такому соглашению, независимо от того, являются ли они членами объединения работодателей.

подробнее
14.10.2021

В настоящее время индексация пенсий работающим пенсионерам не производится. Законопроектом предлагается отменить существующий с 1 января 2016 г. порядок и вернуться к индексации пенсий для работающих пенсионеров с 2022 г. Данная мера позволит пресечь многочисленные нарушения трудового и пенсионного законодательства.

подробнее
Все статьи > Трудовые отношения > Материальная ответственность сторон трудового договора > Инвалидность от работы: споры с работодателями (Слесарев С.)

Инвалидность от работы: споры с работодателями (Слесарев С.)

Дата размещения статьи: 05.11.2021

Инвалидность от работы: споры с работодателями (Слесарев С.)

Иногда работа не только кормит, но и калечит, и тогда работник вследствие профессионального заболевания или производственной травмы становится инвалидом, теряет работу и возможность полноценно трудиться. В такой ситуации нередко пострадавшие обращаются в суд с иском к бывшим работодателям о компенсации понесенного вреда. 

Анализ судебной практики (более 700 суд. актов) показывает, что чаще всего требования работников (в т.ч. бывших), получивших инвалидность в период работы, связаны с взысканием денежных сумм с работодателей, а именно требованием компенсации:

- морального вреда;

- утраченного заработка;

- расходов на лечение;

- единовременных и иных выплат, предусмотренных отраслевыми соглашениями, коллективным договором или локальными нормативными актами;

Рассмотрим несколько примеров таких споров по подробнее.

 

Компенсация морального вреда: работодатель, будь всегда готов 

Практически в каждом судебном споре по иску работников-инвалидов ставится вопрос о взыскании компенсации морального вреда с работодателя со ссылкой на ст. 237 ТК РФ или положения гл. 59 ГК РФ (реже).

Суды удовлетворяют такие требования, только если травма или заболевание, которые привели к инвалидности, связаны с работой - производственные/профессиональные.

Например, Т. обратился в суд с иском к АО. Пояснил, что с 2007 по 2011 год работал в АО, в ноябре 2011 г. на рабочем месте почувствовал себя плохо, обратился в медкабинет, позже потерял сознание и упал, был доставлен в больницу, вскоре узнал, что уволен. В связи с этим просил обязать АО провести расследование по факту случившегося несчастного случая на производстве, взыскать компенсацию морального вреда (500 тыс. руб.), утраченного заработка за период с ноября 2011 по сентябрь 2017 г.

Суд отклонил исковые требования, поскольку:

- пропущен месячный срок обращения в суд, установленный в ст. 392 ТК РФ;

- Т. принимался на работу, будучи инвалидом, и к потере сознания привела именно инвалидность; нет причинно-следственной связи между осуществлением трудовых обязанностей и инвалидностью Т.;

- работодатель представил доказательства воли Т. на увольнение по собственному желанию (заявление и т.п.). (Апелляционное определение Московского городского суда от 30.10.2018 N 33-47374/2018).

В другом деле В. просил также взыскать с работодателя компенсацию морального вреда, ссылался на то, что, хотя условия труда не были признаны вредными, по факту являлись таковыми, т.к. территория гаража, на которой он работал, граничила с мусоросжигательным заводом. В. приобрел заболевание легких, из-за стресса перенес инфаркт, не может работать.

Суд отклонил заявленные требования, т.к. доказательств того, что причиной возникновения заболеваний послужило неисполнение ответчиком санитарных норм и правил при организации труда, не представлено, профессиональные заболевания у истца не выявлены, инвалидность установлена по общему заболеванию; ссылки истца на то, что причиной возникновения заболеваний послужила деятельность мусоросжигательного завода по месту работы, своего подтверждения не нашли, доказательств наличия производственных травм также нет (Апелляционное определение Московского городского суда от 30.08.2017 N 33-34575/2017).

То есть в медицинских документах должно содержаться указание на производственный (профессиональный) характер травмы (заболевания), которая(ое) привела(о) к инвалидности. А само по себе заболевание, приобретенное за годы работы, не основание для обвинения в этом работодателя.

Так, С. просил обязать работодателя составить акт по форме Н-1, признать случай несчастным, пояснил, что во время медосмотра на территории работодателя у него выявили телесные повреждения, в дальнейшем проведена операция, установлена инвалидность.

Суд отклонил требования, т.к. материалы дела не содержат данных об установлении истцу учреждением здравоохранения диагноза "острое или хроническое профессиональное заболевание". Инвалидность установлена вследствие общего заболевания, доказательств его связи с условиями труда не приведено (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 05.10.2017 N 33-19796/2017 по делу N 2-2570/2017).

 

Работодатель виноват во вредных условиях труда 

Довольно часто требования работников связаны с профессиональным заболеванием, которое привело к инвалидности. Суды при этом обычно удовлетворяют требования, даже если работник получал все положенные компенсации и гарантии, связанные с плохими (вредными и (или) опасными) условиями труда. Ключевую роль играет факт профессионального заболевания и наличия вредных (опасных) условий труда.

Так, например, А. обратился с иском к двум бывшим работодателям - АО и ООО; пояснил, что длительное время работал машинистом подъемника сначала в АО, потом в ООО, в условиях воздействия вредных производственных факторов приобрел профессиональное заболевание, которое привело к инвалидности 3 группы. В связи с этим просил взыскать компенсацию морального вреда: с АО - 160 тыс. руб., с ООО - 240 тыс. руб.

Суд удовлетворил требования частично, взыскав с АО 20 тыс. руб., с ООО 30 тыс. руб., пояснив, что А., как подтверждается материалами дела, длительное время подвергался воздействию производственного шума, вибрации общей и локальной, комплекса вредных химических веществ, более 50% рабочего времени находился в фиксированной позе при управлении подъемником. Условия труда на рабочем месте были отнесены к классу вредности 3.2 - 3.3. Заболевания А. являются профессиональными и вызваны этими условиями труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ). Следовательно, компенсировать моральный вред работнику, причиненный профессиональным заболеванием, обязан работодатель, не обеспечивший безопасные условия труда. Доводы ответчиков об отсутствии вины в заболевании истца апелляционная коллегия отклонила, т.к. доказательств этого не представлено, а в силу требований ст. 1064 ГК РФ вина причинителя вреда презюмируется, то есть считается установленной, пока не доказано иное (Апелляционное определение Самарского областного суда от 14.08.2018 по делу N 33-9975/2018).

Причем в судебной практике встречаются дела, когда каждое вновь выявленное профзаболевание приводило к новой компенсации.

Например, Б. обратился с иском к ООО о взыскании компенсации морального вреда в размере 1,5 млн руб. Пояснил: вследствие профзаболевания стал инвалидом, за что ранее работодатель выплатил ему компенсацию, но в 2016 году диагностировано новое профзаболевание.

Суд согласился с такими доводами, удовлетворил требования частично, взыскав с ООО 135 тыс. руб. Согласно акту о случае профессионального заболевания у истца диагностировано новое заболевание, причиной которого послужило воздействие на организм кремния диоксида кристаллического. Из пояснений врача-профпатолога следует, что новое заболевание с ранее диагностированным не связано и не является его осложнением; в воздухе в рабочей зоне имелось указанное выше вещество, которое и вызвало заболевание.

Работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда (ст. 22 ТК РФ), а гражданин вправе требовать компенсации морального вреда в силу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ. Довод ответчика о том, что выявление нового заболевания не может рассматриваться как новое событие, и том, что истец больше не работал в ООО, суд отклонил, как не имеющие значения (Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 28.06.2017 по делу N 33-4749/2017).

 

Контроль за соблюдением техники безопасности - обязанность работодателя 

Аналогично мнение судов и при травмах производственного характера из-за нарушения техники безопасности и требований охраны труда.

Так, например, С. работала уборщиком служебных помещений в ООО и во время мытья двери упала со стула, сломала руку, из-за осложнения при лечении установлена группа инвалидности. Просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 1,5 млн руб., т.к. в травме виноват работодатель, который не обеспечил ее стремянкой для работы на высоте.

Ответчик возражал против этого, поскольку, как установила комиссия по расследованию несчастного случая С. сама проявила неосторожность и невнимательность: спускалась со стула и не заметила выступ на полу, а падая, прикрыла голову рукой, на которую пришелся вес тела при ударе о пол.

Суд отклонил доводы ответчика: именно на работодателя законом возложена обязанность обеспечивать работника необходимым для выполнения трудовых обязанностей оборудованием и безопасными условиями труда (ст. 22 ТК РФ). В соответствии с утвержденной работодателем инструкцией по охране труда для уборщика служебных помещений для работ на высоте предусмотрено использование стремянок и т.п., испытанных в установленном порядке, при надетом предохранительном поясе со страховочным канатом. Однако истец вынужденно пользовалась стулом, и, по ее пояснениям, подобным образом поступали все работники, единственная стремянка практически постоянно использовалась электриками и в любом случае не подошла бы по габаритам.

Опровергающих эти пояснения доказательств ответчик не привел; довод о том, что С. не проводила работ на высоте, суд также отклонил, т.к. она встала на стул для мытья верхней части двери. Со стороны С. отсутствовала грубая неосторожность, а ООО не привело доказательств отсутствия своей вины в нарушении техники безопасности. При таких обстоятельствах требования о компенсации морального вреда обоснованны из-за нарушения трудовых прав С.

Между тем суд снизил размер взыскиваемой компенсации в 10 раз до 150 тыс. руб., т.к. истица со своей стороны при производстве уборочных работ допустила неосторожность и невнимательность. Апелляционная коллегия согласилась с этим, указала дополнительно: спорный диагноз, приведший к инвалидности, С. поставили после лечения в областной больнице, а значит, нельзя сделать однозначные выводы, что тяжесть трудового увечья обусловлена исключительно виновными действиями работодателя по необеспечению безопасных условий труда (Апелляционное определение Суда Еврейской автономной области от 16.03.2018 по делу N 33-160/2018).

Как видим, на размер компенсации повлияла и неосторожность со стороны самого работника, и вероятность врачебной ошибки при оказании первой помощи пострадавшей, однако ответственности с работодателя это само по себе не снимает, даже когда вина работника более очевидна и существенна.

Например, Л. обратился в суд с иском о компенсации морального вреда в размере 4 млн руб. к работодателю, у которого работал ранее электромонтером, но в результате поражения электрическим током ему причинен тяжкий вред здоровью, установлена инвалидность.

Суд удовлетворил требования частично, взыскав 500 тыс. руб., указав на наличие в действиях самого Л. неосторожности и небрежности: он знал об электрическом напряжении, под которым находилась вводная ячейка, но самостоятельно открыл запирающее устройство дверцы вводной ячейки и допустил контакт с токоведущими частями кабеля, вследствие чего и получил травму. Актом о несчастном случае зафиксировано пояснение Л., что задание на работу в этой ячейке Л. не выдавалось и "никакой надобности лезть в эту ячейку не было", он знал, что "туда лезть не следует" (Апелляционное определение Воронежского областного суда от 25.01.2018 по делу N 33-566/2018).

В данном случае может показаться несправедливым взыскание компенсации с работодателя, ведь работник самовольно полез к оборудованию под напряжением без задания работодателя, но такая ситуация свидетельствует о ненадлежащем контроле за работниками со стороны работодателя, который не донес до сотрудника всех правил техники безопасности и тем самым не обеспечил безопасные условия труда. Впрочем, как показывает анализ судебной практики, размер компенсации не сильно зависит от действий самого работодателя и суды значительно снижают ее размер и при более выраженной вине работодателя.

Так, М. в результате срыва строп чалки при подъеме краном поддонов с кирпичами засыпало кирпичами, он получил травму, которую признали производственной, в результате установлена третья группа инвалидности. В связи с этим просил взыскать с работодателя-ООО 3 млн компенсации морального вреда.

Суд удовлетворил иск частично, взыскав с ООО 380 тыс. руб., т.к. основной причиной несчастного случая является нарушение правил охраны труда: М. принят на работу штукатуром и выполнял работу, не обусловленную трудовым договором, работодатель допустил к обслуживанию грузоподъемного крана необученного и неаттестованного в качестве стропальщика работника без письменного ознакомления со схемами строповки грузов в нарушение п. 6 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов (Апелляционное определение Воронежского областного суда от 30.08.2018 по делу N 33-5571/2018).

В спорах по компенсациям за вред работникам интересно то, что работодатель может понести ответственность "за компанию" с прошлыми работодателями, если условия труда совпадают.

Так, Е. просил взыскать с ЗАО единовременную денежную компенсацию, предусмотренную Отраслевым соглашением, в размере 162 тыс. руб. и компенсацию морального вреда в размере 4 млн руб. Пояснил, что вследствие профессионального заболевания стал инвалидом и был уволен из-за отсутствия подходящей работы. Суд удовлетворил требования частично, взыскал "отраслевую" компенсацию в размере 182 тыс. руб., компенсацию морального вреда - 10 тыс.

Довод ответчика о том, что истец работал и в других организациях с такими же условиями труда и что доля ЗАО с учетом продолжительности работы Е. у ответчика в "отраслевой" компенсации составляет только 29,5%, суд отклонил: из акта о случае профессионального заболевания следует, что профессиональное заболевание у истца возникло в том числе в связи с его работой на предприятии ответчика, указан стаж работы и условия работы истца на всех предприятиях, где работал истец, при этом никаких ссылок на долевую ответственность работодателей ответчиком не сделано.

Актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы у ответчика. Согласно отраслевому соглашению единственным основанием для назначения компенсации является установление работнику инвалидности по профзаболеванию в период работы у данного работодателя. Возражений-заявлений против распространения действия Соглашения ответчик в свое время при его принятии не производил (Апелляционное определение Ростовского областного суда от 25.12.2018 по делу N 33-22850/2018).

К ответственности может быть привлечен не обязательно непосредственный работодатель, но и другое лицо, в чьих интересах выполнялись работы.

Например, З. обратился в суд с иском о компенсации морального вреда и утраченного заработка к АО, ООО и ИП. Пояснил, что его работодатель-ИП по договору субподряда выполнял на территории АО ремонтные работы, в результате взрыва получил травмы, приведшие к инвалидности.

Суд удовлетворил требования частично, взыскал компенсацию морального вреда солидарно с ответчиков, поскольку причиной взрыва в соответствии с актом о несчастном случае на производстве является нарушение техники безопасности при проведении работ по газопламенной обработке металла в закрытом помещении, в частности, не была обеспечена непрерывно работающая приточно-вытяжная вентиляция, а работники ИП допущены к работам без проведения первичного и вводного инструктажа по технике безопасности и оформления наряда-допуска, не были обеспечены спецодеждой. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны начальник и мастер ООО, ИП.

При этом доводы ООО о том, что все суммы должны быть взысканы с ИП В. как с непосредственного работодателя истца, поскольку он допустил истца и других работников к выполнению ремонтных работ с нарушением требований охраны труда апелляционная коллегия отклонила, поскольку именно на должностных лиц ООО была возложена обязанность по обеспечению установленного порядка допуска персонала к выполнению работ (Апелляционное определение Астраханского областного суда от 01.03.2017 по делу N 33-690/2017).

Как видим, значение имеет не просто факт непосредственных трудовых отношений, но и то, какова была степень ответственности лица за исполнение требований охраны труда и предотвращения воздействия негативных производственных факторов на пострадавших.

 

Утраченный заработок покрывается "больничным"? 

В данном примере представляет интерес еще и другое - требование работника взыскать утраченный заработок. Оно довольно часто встречается в судебной практике, и подход судов тут интересный.

Работник требовал взыскать разницу между утраченным заработком и назначенной пенсией. Однако суд отклонил эти требования, т.к. согласно ч. 1 ст. 184 ТК РФ, п. 1 ст. 9 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" работнику выплачиваются соответствующие страховые выплаты, основная цель которых - компенсировать утраченный заработок. Следовательно, работник получил уже возмещение утраченного заработка и его требования к истцам необоснованные.

Аналогичные выводы о "покрытии" "больничным" и пенсией утраченного заработка сделаны и суд в Апелляционном определении Санкт-Петербургского городского суда от 22.11.2016 N 33-20913/2016 по делу N 2-25/2016.

В то же время встречаются и дела, когда суды считали возможным взыскать разницу между "больничными" и утраченной зарплатой.

Например, Н. обратился с иском к ООО о взыскании разницы между страховым возмещением и фактическим размером утраченного заработка, а также просил взыскать дополнительно с ответчика компенсацию морального вреда в размере 114 тыс. руб. Пояснил, что в результате профессионального заболевания стал инвалидом и был уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя подходящей работы; страховые выплаты не покрывают утраченный заработок. ООО в соответствии с ЛНА выплатило добровольно компенсацию морального вреда в размере 186 тыс. руб., но ее размер, по мнению Н., недостаточен.

Суд согласился с Н., частично удовлетворив требования, указал, что суд при решении вопроса о компенсации морального вреда не связан условиями ЛНА работодателя и может не согласится с размером добровольно выплаченной компенсации с учетом обстоятельств дела. Учитывая имеющееся у истца заболевание, размер компенсации увеличен до 200 тыс. руб., но т.к. ответчик уже выплатил 186 тыс. ранее, то к взысканию подлежит 14 тыс. руб.

Что касается разницы между утраченным заработком и страховыми выплатами, то при ее определении учитываются все виды оплаты труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, в т.ч. заработная плата с компенсационными и стимулирующими выплатами. Поскольку возмещение вреда имеет целью защиту имущественных интересов потерпевших, закон не допускает уменьшение его размера за счет назначенных потерпевшему пособий и иных подобных выплат. Потому разница между страховым возмещением и фактическим размером заработной платы является утраченным заработком, подлежащим возмещению причинителем вреда (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 21.01.2019 по делу N 33-31/2019).

Таким образом, работник, ставший инвалидом вследствие профессионального заболевания или производственной травмы, вправе требовать не только компенсации морального вреда, но и разницы между фактически утраченным доходом и страховыми выплатами.

В заключение отмечу, что иногда работники просят возмещения и средств, потраченных на лечение: лекарства, обследования и т.п., но суды обычно отклоняют такие требования, если работник не может привести доказательств, что у него не было возможности получить соответствующие лечение, лекарственные препараты, пройти обследование в рамках обязательного медстрахования в должном качестве и в нужные сроки (Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 05.12.2018 N 33-16551/2018), т.е. если возможно получение в рамках ОМС лечения и препаратов, то самостоятельное приобретение препаратов и оплата обследования и т.п. сами по себе не являются основанием для взыскания расходов с работодателя.

Трудовой договор и трудовые отношения © 2015 - 2021. Все права защищены
↑