Все о трудовом праве
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Разделы:
Последние новости:

07.09.2019

Внесенным в Госдуму Правительством РФ законопроектом устанавливается, что хозяйствующий субъект может направить в федеральный антимонопольный орган внутренний акт или проект акта, формирующий систему соответствия, для установления его соответствия требованиям антимонопольного законодательства. Федеральный антимонопольный орган дает заключение о его соответствии или несоответствии требованиям антимонопольного законодательства. Его принятие позволит повысить эффективность антимонопольного регулирования и создать дополнительные механизмы, стимулирующие хозяйствующие субъекты к принятию мер по предупреждению нарушений антимонопольного законодательства.

подробнее
15.08.2019

Законопроект направлен на повышения денежного обеспечения для отдельных социально значимых профессий, таких как педагогические работники, медицинские работники и т.д. В частности вводится положение согласно которому заработная плата для работников отдельных социально значимых профессий, выполнивших норматив (норму) соответствующего вида нормирования труда, не может быть ниже двойной величины прожиточного минимума, установленной в субъекте РФ, в котором такой работник осуществляет трудовую деятельность.

подробнее
06.08.2019

Законопроектом разработан по результатам анализа практики применения законодательства о специальной оценке условий труда, а также оказания государственной услуги "Формирование и ведение реестра организаций, проводящих специальную оценку условий труда". Необходимость его принятия обусловлена тем, что в ряде случаев в нарушение требований законодательства отчеты во ФГИС СОУТ организациями, проводившими специальную оценку условий труда, по тем или иным причинам не передаются либо передаются в неполном объеме.

подробнее
Все статьи > Иные вопросы > Административно-правовые споры в сфере медицинской деятельности (Лупарев Е.Б.)

Административно-правовые споры в сфере медицинской деятельности (Лупарев Е.Б.)

Дата размещения статьи: 09.08.2019

Административно-правовые споры в сфере медицинской деятельности (Лупарев Е.Б.)

Проблематика административно-правовых споров в сфере медицинской деятельности лежит в общем контексте административного оспаривания и характеризуется спецификой объекта и предмета административно-правового спора.
Состав субъектов административно-правового спора в сфере медицинской деятельности предполагает обязательный субъект, наделенный государственно-властными полномочиями в сфере медицинской деятельности. К таковым могут относиться не только государственные или муниципальные органы, но и медицинские организации, реализующие отдельные государственно-властные функции.
Субъектами административно-судебного оспаривания в сфере медицинской деятельности могут быть любые организации, в том числе и медицинские, а также лица, в отношении которых применен этот акт, или лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым административным актом, если они полагают, что этим нарушены или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы.
Поскольку санитарно-эпидемиологическое благополучие является составной частью охраны здоровья, то оспаривание нормативных актов в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия находится в контексте содержания положений ст. 2 Федерального закона "Об охране здоровья граждан Российской Федерации" и позволяет утверждать, что законодатель относит меры санитарно-эпидемиологического (профилактического) характера к медицинским <1>. Важно иметь в виду, что определение санитарных норм и правил может входить в компетенцию только специализированных государственных органов, а регулирование иных, связанных с реализацией этих норм вопросов - в компетенцию органов государственной власти субъектов Российской Федерации. В связи с превышением органами государственной власти субъектов Российской Федерации границ полномочий, определяемых федеральными актами об охране, и возникают административно-правовые споры, связанные, в частности, с отловом безнадзорных животных <2>.
--------------------------------
<1> См., напр.: О необходимости лицензирования оказания услуги по дезинфектологии в случае, если данная услуга оказывается не в рамках оказания медицинской помощи: письмо Минздрава России от 13 мая 2014 г. N 24-1-2036856 // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 20.03.2019).
<2> См.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2018): утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28 марта 2018 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2019. N 1.

Дела об оспаривании нормативно-правовых актов могут напрямую и не быть связаны с охраной здоровья населения, а определять, в частности, особенности налогового статуса медицинских организаций <3>.
--------------------------------
<3> См., напр.: Апелляционное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 28 февраля 2018 г. N 4-АПГ17-40 "Об отмене решения Московского областного суда от 5 октября 2017 г. и отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим п. 2 решения Совета депутатов городского поселения Одинцово Одинцовского муниципального района Московской области "О внесении изменений в решение Совета депутатов городского поселения Одинцово Одинцовского муниципального района Московской области от 14 ноября 2014 года N 4/4 "О земельном налоге" от 20.06.2017 N 2/46" // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 22.04.2019).

Административно-правовые споры, связанные с совершением или отказом в совершении медицинскими организациями и их должностными лицами определенных действий, подпадают под регулирование главой 22 КАС РФ, но, как нам представляется, требуется дифференцированный подход к отнесению дел в медицинской сфере к административно-правовым спорам. Связано это с субъектным составом спорящих сторон и объектом спора. Важно понимать, является ли медицинская организация или ее должностное лицо субъектами, наделенными государственно-властными или иными публичными полномочиями. Так, Верховный Суд РФ в Кассационном определении по делу N 34-КГ16-12 от 2 ноября 2016 г. обратил внимание нижестоящих судов на то, что начальник медицинской части учреждения Федеральной службы исполнения наказаний наделен властными полномочиями, реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов в сфере охраны здоровья в отношении лиц, находящихся под стражей в следственных изоляторах, т.е. правоотношения, возникающие в связи с необходимостью предоставления административному истцу медицинской помощи, не основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности <4>.
--------------------------------
<4> Кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 2 ноября 2016 г. N 34-КГ16-12 // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 22.04.2019).

С точки зрения проблематики применения главы 22 КАС РФ к сфере медицины сложность вызывают дела, где в качестве административного ответчика выступают негосударственные организации. В каждом конкретном случае правоприменитель вынужден выяснять, руководствуясь нормами, определяющими статус той или иной организации, есть ли у нее государственно-властные или иные публичные полномочия. Сам характер таких полномочий не является однотипным. Верховным Судом России по конкретному делу указано, что "противотуберкулезные медицинские организации наделяются отдельными публичными полномочиями в части возложения на них обязанности по информированию органов, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор" <5>.
--------------------------------
<5> Определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 18 января 2017 г. N 56-КГ16-37 // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения: 22.04.2019).

Открытым остается вопрос о должностных лицах медицинских организаций, чьи действия и бездействие могут быть оспорены в судебно-административном порядке. Если более конкретно, то проблема не в сотрудниках медицинских организаций, чей статус как должностных лиц не вызывает сомнений (главный врач, старшая медицинская сестра, заведующий отделением), а в собственно врачах <6>. В силу отсутствия универсального легального понятия должностного лица не остается ничего иного, как использовать данное понятие по аналогии, взяв соответствующую формулировку из примечания к ст. 2.4 КоАП РФ.
--------------------------------
<6> На проблему справедливо указывает Т.Е. Сучкова. См.: Сучкова Т.Е. К вопросу о наделении врача статусом должностного лица // Вестник Вятского государственного университета. 2012. N 4. С. 142 - 145.

Мы считаем, что в некоторых случаях врач может выполнять не только медицинские услуги, но и организационно-распорядительные функции должностного лица, например, если стоит вопрос об отказе в выдаче листка временной нетрудоспособности, записи в медицинской книжке, об отказе в признании инвалидом врачом - сотрудником бюро медико-социальной экспертизы, и, соответственно, только в этих и подобных случаях, создающих юридически значимые последствия публичного характера, его действия и бездействие могут быть оспорены в порядке главы 22 КАС РФ.
Отдельную группу административных дел в сфере медицинской деятельности, рассматриваемых в порядке КАС РФ, составляют дела:
- о принудительной (недобровольной) госпитализации в противотуберкулезную медицинскую организацию;
- о госпитализации гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке, о продлении срока госпитализации гражданина в недобровольном порядке или о психиатрическом освидетельствовании гражданина в недобровольном порядке;
- о защите интересов несовершеннолетнего или лица, признанного в установленном порядке недееспособным, в случае отказа законного представителя от медицинского вмешательства, необходимого для спасения жизни <7>;
--------------------------------
<7> См.: Бурашникова Н.А. Судебное санкционирование недобровольного оказания медицинской помощи в Российской Федерации // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2018. N 3. С. 11 - 17.

- иные административные дела о госпитализации гражданина в медицинскую организацию непсихиатрического профиля в недобровольном порядке.
Последний из названных случаев, по сути дела, открывает дорогу по отнесению к фактическим основаниям административно-судебного контроля заболеваний, не только представляющих индивидуальный вред, но и могущих стать источником массовых заражений, что влечет неблагоприятные социальные последствия для неопределенного круга лиц.
Строго говоря, об административно-правовом споре по данной категории дел можно говорить лишь в том случае, когда лицо, в отношении которого рассматривается дело, отказывается добровольно пройти лечение в соответствующей медицинской организации, оспаривая необходимость такого лечения, либо оспаривает нарушение им соответствующих санитарных правил непосредственно в судебном заседании.
Основания недобровольной госпитализации гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, несколько отличаются от оснований признания лица недееспособным. Медицинским критерием, подлежащим выяснению в судебном заседании, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 278 КАС РФ выступает тяжелое психическое расстройство. Как ни странно, действующее законодательство не содержит четкого перечня того, что относится к тяжелым психическим расстройствам. Понятно, что "сами по себе такие заболевания, как алкоголизм, наркомания и токсикомания, к категории тяжелых психических расстройств не относятся и не могут служить основанием для принудительной госпитализации" <8>. Но это имеет место до определенной стадии заболевания и служит одним из оснований для принудительной госпитализации, если поведение указанных больных сопряжено с обстоятельствами, описанными в ст. 29 Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" <9> и п. 2 ч. 1 ст. 278 КАС РФ. Сравнительный анализ положений ст. 29 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" и ст. 278 КАС РФ выявляет коллизионный характер используемой терминологии: в первом случае речь идет о психических расстройствах, а во втором - о тяжелых психических расстройствах. В случае использования не соответствующей КАС РФ терминологии в процессуальных документах это может послужить формальным основанием для отказа в административном иске.
--------------------------------
<8> Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2015): утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23 декабря 2015 г. (ред. от 26 апреля 2017 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2016. N 9.
<9> Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. N 33. Ст. 1913. URL: http://www.pravo.gov.ru - 19.07.2018.

Медицинским основанием возбуждения дела о недобровольном помещении в противотуберкулезную медицинскую организацию является наличие у лица заразной формы туберкулеза. Фактическими материально-правовыми основаниями выступают:
- неоднократное (т.е. 2 и более раза) нарушение санитарно-противоэпидемического режима для больных заразными формами туберкулеза;
- умышленное уклонение от лечения туберкулеза.
Однако конструкция ч. 1 ст. 281 КАС РФ предполагает принудительную госпитализацию в противотуберкулезную организацию и при умышленном уклонении от обследования при подозрении на туберкулез. Другими словами, принудительная госпитализация возможна и при наличии достаточных оснований полагать наличие у лица туберкулеза любой, а не только заразной формы при условии умышленного уклонения от обследования, на что обращают внимание специалисты, изучающие этот вопрос <10>.
--------------------------------
<10> См.: Кулакова В.Ю. О некоторых проблемах правового регулирования производства по делам о госпитализации гражданина в медицинскую противотуберкулезную организацию в недобровольном порядке // Законы России: опыт, анализ, практика. 2017. N 9. С. 21 - 28.

Санитарно-эпидемиологический режим больных заразными формами туберкулеза предполагает, что больной в соответствии со ст. 13 Федерального закона от 18 июня 2001 г. N 77-ФЗ "О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации" (ред. от 3 августа 2018 г.) и п. 1.3 Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 22 октября 2013 г. N 60 "Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.2.3114-13 "Профилактика туберкулеза" (ред. от 6 февраля 2015 г.) (вместе с СП 3.1.2.3114-13...) <11> должен соблюдать соответствующие правила, а именно: проходить обследование, контролируемое лечение и соблюдать гигиенические нормы по взаимодействию с окружающими.
--------------------------------
<11> Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2014. N 28. URL: http://www.pravo.gov.ru - 20.02.2015.

В этой связи нам представляется неудачной формулировка ст. 281 КАС РФ, в которой речь идет не только о том, что лицо умышленно уклоняется от лечения или обследования, т.е. своими действиями оспаривает предписания уполномоченной организации, но и о том, что лицо нарушает санитарно-противоэпидемический режим. В последнем случае речь идет скорее не о споре, а о применении к лицу административно-принудительных мер со стороны суда <12>. Более того, заметим, что уже упомянутые Санитарно-эпидемиологические правила СП 3.1.2.3114-13 "Профилактика туберкулеза" не содержат конкретных предписаний, адресованных лицу, больному туберкулезом. Все нормы данного нормативного акта адресованы уполномоченным государственным органам и медицинским организациям, но никак не больному, в связи с чем предлагается конкретизировать положения ст. 13 Федерального закона от 18 июня 2001 г. N 77-ФЗ "О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации" (ред. от 3 августа 2018 г.) конкретными обязанностями по соблюдению санитарно-противоэпидемического режима для больных туберкулезом.
--------------------------------
<12> Лебедева О.О. Применение отдельных принудительных мер административного предупреждения как самостоятельное административное производство в структуре административного процесса // Ленинградский юридический журнал. 2015. N 3. С. 203 - 210.

Литература

1. Бурашникова Н.А. Судебное санкционирование недобровольного оказания медицинской помощи в Российской Федерации / Н.А. Бурашникова // Прецеденты Европейского суда по правам человека. 2018. N 3. С. 11 - 17.
2. Глущенко А.Н. Административно-правовое регулирование охраны здоровья граждан в Российской Федерации: Диссертация кандидата юридических наук / А.Н. Глущенко. Воронеж, 2016. 286 с.
3. Зеленцов А.Б. Административно-правовой спор: вопросы теории / А.Б. Зеленцов. Москва: Российский ун-т дружбы народов, 2009. 691 с.
4. Зеленцов А.Б. О предмете административно-правового спора / А.Б. Зеленцов, Ф.Ф. Яхин // Юрист. 2003. N 11. С. 35 - 40.
5. Кулакова В.Ю. О некоторых проблемах правового регулирования производства по делам о госпитализации гражданина в медицинскую противотуберкулезную организацию в недобровольном порядке / В.Ю. Кулакова // Законы России: опыт, анализ, практика. 2017. N 9. С. 21 - 28.
6. Лебедева О.О. Применение отдельных принудительных мер административного предупреждения как самостоятельное административное производство в структуре административного процесса / О.О. Лебедева // Ленинградский юридический журнал. 2015. N 3. С. 203 - 210.
7. Лупарев Е.Б. Общая теория административно-правового спора / Е.Б. Лупарев. Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 2003. 245 с.
8. Сучкова Т.Е. К вопросу о наделении врача статусом должностного лица / Т.Е. Сучкова // Вестник Вятского государственного университета. 2012. N 4. С. 142 - 145.

Трудовой договор и трудовые отношения © 2015 - 2019. Все права защищены
↑